ООО ПФП "Квантэкс" : Технологии ведения реестра акционеров, финансовый анализ, методические материалы

Законо – «ТВОРЧЕСКАЯ» экзотика

 

Идет пора годовых общих собраний акционеров. Еженедельник  «Экономика и жизнь» совместно с ФКЦБ России провели круглый стол, посвященный проблемам созыва и проведения общих собраний акционеров, в котором приняло участие боле пятидесяти спецрегистраторов, выполняющих функции счетной комиссии. Участники круглого стола в целом высоко оценили положение о дополнительных требованиях к порядку подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров, утвержденное Постановлением ФКЦБ РФ от 31.05.2002 № 17/пс (далее – Постановление № 17/пс). Однако, одна из норм этого нужного и своевременного документа, вызвала критику участников круглого стола. Речь идет о дополнительных требованиях к форме бюллетеней для голосования. Комментирует сложившуюся ситуацию, - гендиректор ЦДИ «Экономика и Жизнь» А. Глушецкий.

 

Ссвоеобразная конструкция полей для дробления голосов в бюллетенях для голосования - следствие одной из самых несуразных статей Федерального закона «Об акционерных обществах» (далее – ФЗ «Об АО»):

«В случае передачи акции после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, и до даты проведения общего собрания акционеров лицо, включенное в этот список, обязано выдать приобретателю доверенность на голосование или голосовать на общем собрании в соответствии с указаниями приобретателя акций. Указанное правило применяется также к каждому последующему случаю передачи акции» (п. 2 ст. 57). Эта статья выпадает  из логики гражданского законодательства, регулирующего институт представительства, основанного на доверенности и общего порядка переуступки прав по ценным бумагам.

 

Доверенность на несуществующие права

 

Первый вопрос, который порождает выше процитированная статья ФЗ «Об АО»: осуществление каких гражданских прав может передать по доверенности бывший владелец ценной бумаги после ее отчуждения?

Институт представительства, основанный на доверенности предусматривает право граждан и  юридических лиц  привлекать для реализации принадлежащих им гражданских прав третьих лиц от имени и в интересах представляемого.

Одной из основополагающих конструкций понятия «ценной бумаги» является неделимость прав по ней: «Ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении.

С передачей ценной бумаги переходят все удостоверяемые ею права в совокупности» (п. 1 ст. 142 ГК РФ).

Это фундаментальное положение Гражданского кодекса нашло  подтверждение и в Федеральном законе «О рынке ценных бумаг»: «Права, закрепленные эмиссионной ценной бумагой, переходят к их приобретателю с момента перехода прав на эту ценную бумагу» (ст. 29 ФЗ «О РЦБ»).

Согласно Федеральному закону «Об акционерных обществах» участие в общем собрании акционеров – это право, закрепленное ценной бумагой,: «Акционеры - владельцы обыкновенных акций общества могут в соответствии с настоящим Федеральным законом и уставом общества участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции …» (п. 2 ст. 31 ФЗ «Об АО»).

Если с переуступкой акции к ее приобретателю переходят в совокупности все удостоверяемые ею права, в том числе, и право на участие в общем собрании акционеров, то возникает естественный вопрос: на осуществление каких же гражданских прав обязан выдать доверенность бывший владелец ценной бумаги? Это равнозначно выдаче доверенности на право вождения проданным автомобилем.

Предположим, что законодатель сделал исключение и допустил, что право на участие в конкретном общем собрании  – не перешло к приобретателю ценной бумаги, а  осталось у бывшего ее владельца, который и передает это «отчлененное» право не путем переуступки ценной бумаги, а посредством выдачи доверенности. В этом случае, право на голосование не принадлежит новому владельцу ценной бумаги, и  он может  передать его  в случае последующей переуступки ценной бумаги до даты проведения данного собрания акционеров только в порядке передоверия. Однако вышеприведенная статья ФЗ «Об АО» исходит из того, что лицо, приобретшее  ценную бумагу после даты составления списка лиц, имеет право на участие в общем собрании акционеров, поскольку Закон обязывает его в случае следующей переуступки этой ценной бумаги до даты проведения данного собрания акционеров также выдать доверенность на голосование новому приобретателю. Если у меня нет права и я его осуществляю по доверенности от имени и в интересах другого лица, то я могу только передоверить осуществление этого права от имени лица, которому это право принадлежит. Если у меня есть право, осуществление которого я могу поручить другому лицу по доверенности, то зачем  на это право доверенность от бывшего владельца ценной бумаги?  Вызывает удивление абсурдность конструкции, приведенной в данной норме ФЗ «Об АО».

Эта норма либо отвергает фундаментальные положения Гражданского кодекса и ФЗ «О рынке ценных бумаг», согласно которым с переуступкой ценной бумаги в совокупности переходят все удостоверяемые ей права, либо ставится под сомнение, что право на участие в общем собрании и голосовании,  является правом, удостоверяемым акцией и допускает, что оно может осуществляться вне зависимости от владения ценной бумагой.

Не меньше вопросов вызывает  положение, согласно которому выдача доверенности становится не правом, а обязанностью. При этом лицо, выдающее доверенности лишается возможности выбора уполномоченного для осуществления его гражданских прав. Законодатель обязывает уполномочить на это только приобретателя ценных бумаг. Лицо, продавшее акции, «…обязано выдать приобретателю доверенность на голосование …».

Следует напомнить, что: «сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности … непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого» (п. 1 ст. 182 ГК РФ).

Поскольку действия представителя порождают гражданские права и обязанности у представляемого,  поэтому только последний вправе выбрать лицо, которому он доверяет совершать такого рода действия. Уполномочивание его на такого рода действия, естественно, является правом представляемого, а уж никак, не обязанностью. Вызывает изумление конструкция, обязывающая одно лицо уполномочить другое на совершение сделок и иных юридически значимых действий от его имени в его интересах. Удивительная для гражданского оборота конструкция, когда закон игнорирует волю обеих сторон по сделке. Эта конструкция алогична и с точки зрения корпоративного права. Владелец ценной бумаги  обязывается действовать на общем собрании акционеров от имени и в интересах лица, не являющегося акционером общества.

 

Указания ни о чем

 

Вышеназванная норма акционерного закона вводит еще одну оригинальную новеллу в систему гражданских правоотношений «указания приобретателя акций». Что это за гражданско-правовая конструкция  «указания», посредством которой одно лицо уполномочивает другое, а на что, лицо, выдавшее «указание», уполномачивает другое лицо. Если у приобретателя ценных бумаг нет права голоса на общем собрании акционеров (поскольку данная статья ФЗ «Об АО» предполагает, что он может голосовать только на основании доверенности), то на каком основании он выдает «указания» самостоятельному субъекту гражданского права по принадлежащим ему правам - голосовать определенным образом? Данная статья закона непоследовательна. С одной стороны, она исходит из того, что новый владелец ценной бумаги не обладает правом голоса на общем собрании акционеров, поскольку должен получить его по доверенности, а с другой стороны, согласно этой же статье Закона, он обладает этим правом, поскольку выдает обязательные указания на голосования.

Даже если такой своеобразный характер взаимоотношений установлен между продавцом и покупателем ценной бумаги, то какое отношение это имеет к третьим лицам, в частности, к акционерному обществу? Как оно может узнать, что были какие-либо «указания», договоренности и иные межличностные контакты. В гражданском праве есть классический институт, называемый доверенностью, которая прежде всего обращена к третьим лицам. На основании письменного уполномочения третьи лица узнают, что представитель действует от имени представляемого в соответствии с его указаниями. «Доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу» (п. 1 ст. 185 ГК РФ).

Без письменного уполномочения, адресованного акционерному обществу, последнее не может знать о каких-либо «указаниях», выданных владельцем ценной бумаги другому лицу. На наш взгляд, конструкция «указаний» в акционерном законе является излишней. Любые «указания» должны оформляться доверенностью или договором, иначе они не имеют значения для третьих лиц. Нет никакой необходимости в изобретении какого-то особого гражданско-правового механизма уполномочивания одного лица  (владельца ценной бумаги), действовать от его имени – другого лица (не владеющего ценной бумагой). Цивилизованное человечество давно использует классический институт представительства,  в том числе, основанный на доверенности или договоре. Попытка «изобрести велосипед» в этом вопросе отечественному законодателю не удалась.

Гражданско-правовой «велосипед» в виде особых межличностных указаний следствие той странной конструкции, примененной в действующей редакции Закона, согласно которой при переуступке акций после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании, право голоса по ней почему-то не переходит законному владельцу ценной бумаги. Этот владелец ценной бумаги почему-то может выдать доверенность на участие в общем собрании в случае продажи ценной бумаги, но не может выдать такой доверенности при владении ценной бумагой.

  Эта конструкция порождает очевидный вопрос: а чем голосует бывший владелец ценной бумаги на основании полученных «указаний», ценной бумаги у него нет, доверенности на право голоса тоже нет? Может  ли, что право голоса на общем собрании акционеров, существовать отдельно от ценной бумаги?

          Вышеуказанная норма Закона, посвященная правоотношениям, складывающимся при переуступке акций после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в собрании, не урегулирует данные отношения, а создает искусственные, надуманные конструкции, порождающие дополнительные проблемы.

 

 

 

Раскинулось «поле» широко

 

Вместо того, чтобы урегулировать по существу последствия переуступки акций после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, Постановление 17/пс лишь  усугубило ситуацию. Оно предусмотрело, что:

 

«В бюллетене для голосования напротив каждого варианта голосования должны содержаться поля для проставления числа голосов, отданных за каждый вариант голосования, а также может содержаться указание числа голосов, принадлежащих лицу, имеющему право на участие в общем собрании. При этом, если таким бюллетенем осуществляется голосование по двум или более вопросам повестки дня общего собрания и число голосов, которыми может голосовать лицо, имеющее право на участие в общем собрании, по разным вопросам повестки дня общего собрания не совпадает, в таком бюллетене должно быть указано число голосов, которыми может голосовать лицо, имеющее право на участие в общем собрании, по каждому вопросу повестки дня общего собрания» (п. 2.13).

 

«В бюллетене для голосования должны содержаться разъяснения о том, что:

Ø       голосующий вправе выбрать только один вариант голосования, кроме случаев голосования в соответствии с указаниями лиц, которые приобрели акции после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании, или в соответствии с указаниями владельцев депозитарных ценных бумаг;

Ø       если в бюллетене оставлены более одного варианта голосования, то в полях для проставления числа голосов, отданных за каждый вариант голосования, должно быть указано число голосов, отданных за соответствующий вариант голосования, и сделана отметка о том, что голосование осуществляется в соответствии с указаниями приобретателей акций, переданных после даты составления списка, имеющих право на участие в общем собрании, и (или) в соответствии с указаниями владельцев депозитарных ценных бумаг;

Ø       голосующий по доверенности, выданной в отношении акций, переданных после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании, в поле для проставления числа голосов, находящемся напротив оставленного варианта голосования, должен указать число голосов, отданных за оставленный вариант голосования, и сделать отметку о том, что голосование осуществляется по доверенности, выданной в отношении акций, переданных после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании;

Ø      если после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании, переданы не все акции, голосующий в поле для проставления числа голосов, находящемся напротив оставленного варианта голосования, должен указать число голосов, отданных за оставленный вариант голосования, и сделать отметку о том, что часть акций передана после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании. Если в отношении акций, преданных после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании, получены указания приобретателей таких акций, совпадающие с оставленным вариантом голосования, то такие голоса суммируются» (п. 2.14).

Как следует из этого нормативного акта, данными полями могут воспользоваться только две категории участников общего собрания акционеров.   Во-первых, лица, переставшие быть акционерами, поскольку переуступили акции после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, и до проведения собрания, и получившие «указание» от новых акционеров. Во-вторых, акционеры, разместившие за рубежом депозитарные расписки на принадлежащие им акции. 

            На наш взгляд, в обоих случаях нет никакой необходимости в использовании особых полей для голосования. Классический институт представительства, основанный на доверенности, отработанный цивилистической практикой веками, в состоянии обслужить и описанные ситуации.

Как отмечалось выше, «указания» одного лица другому действовать от его имени, могут иметь значение для третьих лиц только на основании их письменного уведомления об этом, то есть – доверенности. Поэтому лицо, выдавшее «указания» должно оформить это доверенностью, иначе это останется личной договоренностью. Если лицо, включенное в список лиц, переуступило все или часть своих акций нескольким приобретателям, то новые акционеры имеют право выдать ему доверенность на действия от их имени. На основании каждой доверенности участник собрания получит бюллетени и проголосует в каждом из них в  соответствии с указаниями нового акционера. Никаких полей в бюллетенях для голосования в этом случае не требуется.

Обратимся к ситуации с депозитарными расписками. Например, некий банк является акционером АО «Газпром» и владеет 50 тысячами его акций. На эти ценные бумаги он разместил депозитарные расписки, владельцы которых дали различные «указания» для голосования на общем собрании акционеров АО «Газпром». В итоге образовалось 83 комбинации различных указаний по голосованию. Банк выдаст своим сотрудникам 83 доверенности на различное число принадлежащих ему акций. Каждый представитель проголосует полученным им бюллетенем в соответствии с имеющимися у него указаниями.

Институт представительства универсален, в этом его востребованность. Если какому-либо лицу (гражданину, юридическому лицу) для осуществления  гражданских прав необходимо привлечь представителей, то он определяет какое их количество необходимо в данной конкретной ситуации.

Появление «полей» связано с недоразумением в прочтении, казалось бы, очевидной нормы Федерального закона «Об АО», которая разъясняет, что институт представительства в полном объеме реализуется и в отношении права на участие в общем собрании акционеров: «право на участие в общем собрании акционеров осуществляется акционером как лично, так и через своего представителя» (п. 1 ст. 57 ФЗ «Об АО»).

Федеральный закон «Об акционерных обществах» не имеет своим предметом регулирования институт представительства, он урегулирован Гражданским кодексом РФ, который предусматривает свободу представляемого в выборе своих представителей и их числа. Если для осуществления гражданских прав необходимо привлечь несколько специалистов, например, в силу отсутствия у представляемого специальных знаний, то он может пригласить  юриста, налогового консультанта, финансиста, для озвучивания своей позиции на общем собрании акционеров.

Автору неоднократно приходилось принимать участие в собраниях акционеров, посвященных сложнейшему корпоративному действию – реорганизации акционерного общества. Из представленных общему собранию документов (проекта разделительного баланса, порядка конвертации акции, обоснования условий и порядка реорганизации) возникал целый комплекс вопросов, связанных с порядком размещения ценных бумаг, правильным отражением в передаточном балансе правопреемства по активам и обязательствам, которые возникнут после общего собрания, нередко неправильно оформлялись бюллетени для голосования. Акционер не обладает специальными знаниями, чтобы грамотно оценить и принять участие в обсуждении этих сложнейших бухгалтерских (финансовых), корпоративных и иных юридических вопросов. В этом случае он привлекает нескольких специалистов, обладающих специальными знаниями в перечисленных сферах, чтобы они от его имени и в его интересах приняли участие в общем собрании акционеров. Гражданский кодекс  дает право акционеру определить каких и сколько представителей  ему необходимо привлечь для реализации принадлежащих ему гражданских прав.

Если банк, разместивший депозитарные расписки, получит 83 комбинации  голосования, то он привлечет 83 представителя для реализации права голоса на общем собрании акционеров. Институт представительства, в силу своей универсальности, способен обслуживать самые разнообразные  жизненные ситуации.

Может быть ситуация, когда один представитель попросит несколько бюллетеней на представляемые им акции. Нередко возникают ситуации, когда несколько родственников вступают в наследство на пакет акций, которые принадлежат им на праве общей совместной собственности. Они уполномочивают одного из них или третье лицо действовать от их имени. При этом один из участников совместной собственности желает голосовать «за» решение общего собрания, другой – «против», третий – «воздержаться». Они могут выдать соответствующие письменные указания уполномоченному лицу. Нет ничего странного в том, что представитель участников общей совместной собственности частью принадлежащих им акций голосуют «за», а другой частью – «против» предлагаемого решения общего собрания.

Однако, некоторые эксперты прочитали вышеназванную норму акционерного закона, весьма своеобразно. Не как разрешительную, а как запретительную, в том смысле, что акционер якобы может участвовать в собрании посредством только одного представителя. Такое толкование закона, основанное на «юридической филологии», не выдерживает критики.

Каждая акция – самостоятельный объект гражданского права, удостоверяющая определенный объем имущественных и иных прав. Выдача доверенности по одной или нескольким ценным бумагам никаким образом не связана с тем, как акционер осуществляет права по другим принадлежащим ему ценным бумагам.

Даже если встать на позицию, согласно которой акционерный закон содержит  специальные нормы в отношении института представительства по отношению к Гражданскому кодексу и ограничивает право акционеров на выдачу доверенности, то следует напомнить, что любое ограничение прав допускается только для защиты интересов третьих лиц.

Сторонники ограничительного подхода не отвечают на вопрос, в интересах каких третьих лиц вводятся такого рода ограничения. Почему передача акций в залог или доверительное управление нескольким залогодержателям или доверительным управляющим не ущемляет прав третьих лиц, а привлечение нескольких представителей создает угрозу этим правам? Где найти акционеру универсального представителя, способного одинаково хорошо ориентироваться в бухгалтерских, финансовых аспектах реорганизации, проблемах размещения ценных бумаг и процедурных вопросах общего собрания акционеров?

Напротив, столь оригинальное прочтение Закона и привело к появлению странной конструкции «полей» для дробления голосов. Эксперты считали, что у одного акционера якобы может быть только один представитель на собрании. Поэтому возникающую в определенных ситуациях проблему различных комбинаций голосований следует решить через введение в бюллетене полей для дробления голосов.

Как раз такая конструкция ущемляет права третьих лиц. Более чем в 90 процентах акционерных обществ нет акционеров, которые бы сталкивались с проблемой различных вариантов голосования, принадлежащими им акциями. Однако, нормативный акт обязывает эмитентов во всех случаях включать в бюллетени такие поля. Это обернулось дополнительными затратами и самое главное, значительным числом недействительных бюллетеней, поскольку большая часть акционеров не понимает смысла этой новации и  дробят свои голоса. «Поля» чаще всего зарастают сорняками, то есть их использую лица, не имеющие в соответствии с этим нормативным актом, прав на это. Эти сорняки дают обильные плоды – массу недействительных бюллетеней. 

            До решения по существу проблем, связанных с переуступкой акций после даты составления списка лиц, (а они могут быть решены путем внесения поправок в ФЗ «Об АО»), можно предложить компромиссный вариант. В нормативном акте ФКЦБ предусмотреть, что бюллетени с полями выдаются по требованию лиц, переуступившим акции после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров.

            Если участники гражданского оборота вступают в экзотические отношения, игнорируя классический институт представительства, то стороны в этом случае в состоянии обратиться в общество и получить специальные бюллетени с полями, для их особых отношений. Жестокое вовлечение в эту экзотику остальных акционеров, бессмысленно.

           

 

Закон безмолвствует…

 

 

Не менее актуальными являются  следующие вопросы,  связанные с проведением общего собрания акционеров. Каким количеством голосов распоряжается участник собрания, если он приобрел акции после даты составления списка лиц имеющих право на участие  в общем собрании? На основании каких документов следует определять кворум собрания и число голосов, принадлежащих его участникам: на основании списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров или данных реестра на дату проведения собрания?

Рассмотрим ситуацию: акционеры А и Б включены в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании, в котором зафиксировано, что им принадлежит  по 100 обыкновенных акций.  Через несколько дней  после даты составления вышеуказанного списка, акционер А переуступил акции акционеру Б, что было отражено в системе ведения реестра. В соответствии со ст. 142 ГК РФ и ст. 29 ФЗ «О РЦБ», приобретателю акций  перешли все удостоверяемые ими права в совокупности. Нужна ли приобретателю ценных бумаг какая-либо доверенность от бывшего владельца акций? В списке лиц, имеющих право на участие в общем собрании, он значится, права на приобретенные им ценные бумаги в системе ведения реестра – учтены. Он обоснованно настаивает на том, что имеет право распоряжаться на собрании 200 голосами в соответствии с принадлежащими ему ценными бумагами, ссылаясь на  Федеральный закон «О рынке ценных бумаг», согласно которому «осуществление прав по именным бездокументарным эмиссионным ценным бумагам производится эмитентом в отношении лиц, указанных в системе ведения реестра» (ст. 29 ФЗ «О РЦБ»).

ФЗ «Об акционерных обществах» устанавливает, что «список  лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, содержит имя (наименование) каждого такого лица, данные, необходимые для его идентификации, данные о количестве и категории (типе) акций, правом голоса по которым оно обладает» (п. 3 ст. 51 ФЗ «Об АО»).  Предусмотрено, что данный список содержит информацию о количестве акций, принадлежащих акционерам на какой-то момент времени, однако не установлены правовые последствия учета этой информации в неком списке. В Законе нет указаний, что акции, приобретенные после даты составления этого списка, не предоставляют их владельцу право голоса.

            Нередко счетные комиссии вынуждены брать данные  реестра на конец дня, предшествующего проведению собрания, и учитывать голоса участников собрания в соответствии с этими данными.

В силу аморфности закона возникают конфликты при проведении общих собраний акционеров.

В законе необходимо дать однозначные ответы на следующие злободневные вопросы: на основании данных каких документов определяется кворум общего собрания акционеров и количество голосов, принадлежащих его участникам: на основании списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров или на основании данных реестра на дату проведения собрания?

При решении этих вопросов могут быть реализованы два подхода. При первом,  ради упрощения организационных аспектов созыва и проведения общего собрания акционеров, используются конструкции неадекватные природе ценных бумаг. При втором – в силу максимально полной реализации юридического содержания происходящих процессов усложняются организационные аспекты. Чем юридически чище, тем организационно сложней, и наоборот – организационная простота в ущерб юридической чистоте.

При подготовке и проведении общего собрания акционеров, у общества возникает ряд обязанностей в отношении акционеров. Общество обязано проинформировать о созыве собрания, в ряде случаев заблаговременно предоставить бюллетени для голосования, предоставить информацию по вопросам повестки дня, зарегистрировать участников собрания, подвести итоги голосования, проинформировать о принятых решениях.  Общество должно знать в отношении каких лиц оно должно реализовать свои обязанности.

Упрощенный подход реализуемый в действующей редакции Закона, предлагает составление списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров,  заблаговременно  (не более чем за 65 и не менее чем за 20 дней) составляется. Все вышеперечисленные обязанности общество реализует в отношении лиц, включенных в данный список. Однако, как было показано выше, такой подход порождает существенные проблемы,  связанные с переуступкой акций после даты составления этого списка и до даты проведения собрания. Эта конструкция предполагает, что акции, приобретенные после  даты составления списка лиц, не предоставляют их владельцам все удостоверяемые ими права в совокупности. Часть прав по ценным бумагам переходит, а право на участие в общем собрании – оказывается «между небом и землей», то ли остается у бывшего владельца ценной бумаги, который выдает на это право доверенность, то ли это право переходит новому владельцу, но ему нельзя им пользоваться, но почему-то можно передать по доверенности в случае переуступки ценных бумаг. При многократной переуступке акций после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в собрании и до даты собрания, каждый новый владелец имеет право голосовать ими на основании доверенности предыдущего. Число поданных голосов может превысить количество размещенных акций.

Вернемся к вышеописанному примеру. На собрание приходит бывший акционер, который продал свои акции после даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров. Будет ли ему выдан бюллетень на 100 акций, которыми он владел на дату составления этого списка? Согласно применяемой в Законе конструкции – будет. На собрание также пришел акционер, приобретший эти 100 акций. В списке лиц, имеющих право на участие в общем собрании, он значится, выписка из реестра подтверждает, что ему принадлежит 200 голосующих акций. Каким количеством голосов он будет распоряжаться в собрании? Очевидно тем, которые ему принадлежат на дату собрания. Получается что 100 акциями проголосует и старый и новый владелец.

Можно  предложить другой подход. В обществе составляются два различных списка. Первый – до проведения собрания, он необходим для информирования акционеров о созыве собрания, и в случаях, предусмотренных Законом определяет круг лиц, которым бюллетени для голосования, направляются заблаговременно. Этот список будет составляться далеко не всеми обществами. Он не нужен в случае, если собрание проводится в форме совместного присутствия акционеров без предварительной рассылки бюллетеней, и согласно уставу общества, акционеры информируются о созыве собрания через средства массовой информации.

Второй – составляется по данным реестра, на дату максимально приближенную к дате проведения собрания акционеров. По этому списку будет определяться состав участников собрания и число принадлежащих им акций. Этот список составляется по данным реестра на конец дня, предшествующего дню проведения собрания. Если с момента информирования акционеров о проведении собрания и заблаговременного предоставления им бюллетеней, будут сделки по переуступке акций, то правом на участие в собрании будут обладать только те лица, которые владеют ценными бумагами на дату составления этого списка.

 

 

Недостаточно для чего?

 

Акционерный Закон пополнился  существенной новеллой.

«Помимо вопросов, предложенных для включения в повестку дня общего собрания акционеров акционерами, а также в случае отсутствия таких предложений, отсутствия или недостаточного количества кандидатов, предложенных акционерами для образования соответствующего органа, совет директоров (наблюдательный совет) общества вправе включать в повестку дня общего собрания акционеров вопросы или кандидатов в список кандидатур по своему усмотрению» (п. 7 ст. 53 ФЗ «Об АО»).

Эта новация расширила круг лиц, имеющих право выдвигать кандидатов в органы общества. Помимо акционеров, это право получил и совет директоров. Однако он  может его реализовать только при условии отсутствия кандидатов, предложенных акционерами или их недостаточного количества. Правовая нечеткость термина «недостаточное количество» стала источником дополнительных конфликтов при формировании органов общества.

Ситуация отсутствия кандидатов более или менее понятна. Акционерами в установленный срок не было предложено ни одного кандидата в органы общества, либо все кандидаты были выдвинуты с нарушением действующего законодательства и устава общества.

А что следует понимать под «недостаточным количеством»: когда количество кандидатов, предложенных акционерами меньше, чем количественный состав органа, определенный уставом или решением общего собрания, или меньше, чем кворум для заседания этого органа, определенный законом или уставом общества?

Рассмотрим ситуацию. В уставе общества зафиксировано, что совет директоров избирается в  количестве девяти человек, а кворум для проведения его заседания составляет не менее половины от числа его членов, определенного уставом общества. Это означает, что общее собрание может избрать совет директоров в составе не менее пяти и не более девяти человек. Акционеры предложили пять кандидатов. Достаточно ли их количество? Акционеры утверждают, что «да», поскольку это обеспечивает кворум для проведения заседания совета директоров. Члены совета директоров утверждают, что вправе пополнить список кандидатур еще четырьмя претендентами.

При анализе этой конфликтной ситуации, надо исходить из того, что участие в управлении обществом – это право, связанное с владением ценной бумагой. Законодатель предоставил право выдвигать кандидатов в органы общества только владельцам не менее двух процентов голосующих акций.  Даже не каждый акционер имеет возможность таким образом участвовать в управлении обществом. Выдвижение кандидатов в органы общества не акционерами общества, а иными лицами или органами, является исключительной ситуацией, которая может быть применена только в чрезвычайных обстоятельствах, при наличии угрозы, что у общества не будут сформированы его органы. При этом данное исключительное право должно иметь крайне ограниченный масштаб применения. На наш взгляд, совет директоров может выдвигать кандидатов по своей инициативе в исключительном случае, только если число кандидатов, предложенных акционерами, составляет менее чем кворум, необходимый для заседания данного органа. При этом совет директоров может пополнить список кандидатов только до уровня кворума.

Необходимо, чтобы соответствующая норма закона получила четкое оформление. Действующая расплывчатая формулировка, явно неудовлетворительна.

Для профилактики возможных конфликтов при выдвижении кандидатов в органы общества, до внесения соответствующих поправок в Закон, целесообразно во внутренних документах (в положении об общем собрании акционеров) определить, что понимается для целей  вашего общества под «недостаточным количеством кандидатов»: число кандидатов, предложенных акционерами, меньше кворума для заседания данного органа, или меньше количественного состава данного органа, определенного уставом или решением общего собрания. Тогда будет однозначно понятно, в каких случаях, и в каком объеме совет директоров может по своей инициативе пополнять список кандидатов в органы общества.

 

 

 

 

Неопознанные объекты корпоративного права

 

 

            Участники круглого стола высказывались по поводу еще одной острейшей проблемы, порожденной новеллами в ст. 18, 19 ФЗ «Об АО», посвященных порядку утверждения уставов и избрания органов управления обществ, образуемых путем выделения и разделения, а именно: появлению «общего собрания вновь создаваемого общества» (ст. 18 ФЗ «Об АО»), при этом в ст. 19 ФЗ «Об АО» оно названо «общее собрание акционеров каждого создаваемого общества».

В предыдущей редакции акционерного закона было предусмотрено три конструкции собраний, связанных с созданием и функционированием акционерного общества.

Первая – учредительное собрание, предусмотренное ст. 9 ФЗ «Об АО». Это собрание не акционеров, а лиц, принявших решение об учреждении общества. Законодатель установил особый кворум для его проведения (присутствие всех учредителей). Дан исчерпывающий круг вопросов повестки дня: принятие решения об учреждении общества, утверждение устава общества, избрание органов управления, денежная оценка имущества и имущественных прав, вносимых учредителями в оплату размещаемых акций. Определен порядок принятия решений по вопросам повестки дня: единогласие по всем вопросам, кроме избрания органов управления общества, решение по которому принимается большинством в три четверти голосов, которые представляют подлежащие размещению среди учредителей общества акции.

Вторая - собрание акционеров действующего юридического лица, ему посвящено более двадцати статей ФЗ «Об АО», в которых подробно регламентированы все процедурные вопросы. В частности, общее собрание акционеров правомочно (имеет кворум), если в нем приняли участие акционеры, обладающие в совокупности более чем половиной голосов размещенных голосующих акций общества (п. 1 ст. 58 ФЗ «Об АО»). По общему правилу, решение по вопросу, поставленному на голосование принимается большинством голосов владельцев голосующих акций общества, принимающих участие в собрании, если для принятия решения Федеральным законом не установлено иное.  Действует принцип одна акция, принадлежащая участнику собрания – один голос, или одна акция – равное число голосов, при кумулятивном голосовании.

Третья–совместное собрание акционеров обществ, участвующих в слиянии и присоединении (ст. 16, 17 ФЗ «Об АО»). Порядок голосования, определения кворума этих собраний и иные процедурные вопросы определяются в договорах о слиянии и присоединении.

Теперь в законе появилась четвертая конструкция – собрание вновь создаваемого (в процессе разделения) общества (ст. 18 ФЗ «Об АО») и общее собрание акционеров каждого создаваемого (в процессе выделения) общества (ст. 19 ФЗ «Об АО»). Специалисты по разному отнеслись к этой новации. Одни считают ее появление обоснованной, поскольку состав акционеров реорганизованного и выделяемого  общества (общества создаваемого в результате разделения) могут не совпадать, поэтому утверждать устав и избирать органы управления,  должны будущие акционеры вновь создаваемых юридических лиц.

Другие считают в принципе алогичной конструкцию собрания акционеров не существующего юридического лица (конструкция, предусмотренная ст. 19 ФЗ «Об АО»). Нельзя пользоваться правами по несуществующим ценным бумагам.

Каким юридическим статусом обладает собрание лиц, имеющих намерение сконвертировать принадлежащие им акции в акции общества, которое будет создано в результате реорганизации? Очевидно, что это не орган еще не существующего юридического лица. Какими правами обладают эти лица в отношении юридического лица, решение о создании которого, они не принимали? Никакого  договора о создании этого юридического лица, они не заключали. Это не акционеры и не учредители. Неопознанный объект гражданского права.

При учреждении общества, законодатель исходит из  того, что «решение об учреждении общества должно отражать результаты голосования учредителей и принятые ими решения по вопросам учреждения общества, утверждения устава общества, избрания органов управления общества» (п. 2 ст. 9 ФЗ «Об АО»), то есть все перечисленные вопросы составляют некое единство и отсутствие решения хотя бы по одному из них означает отсутствие решения об учреждении общества.

Однако, при создании общества путем реорганизации другого общества, законодатель почему-то разрывает единое решение о создании общества на составные части. Решение «о создании нового общества» принимает общее собрание акционеров реорганизуемого в форме выделения или разделения общество. В то время, как решения об утверждении устава и образовании органов управления этого вновь образуемого общества, принимает иная группа лиц, лишь имеющая намерение в перспективе сконвертировать принадлежащие им ценные бумаги.

Общее собрание акционеров реорганизуемого общества принимает решение о  создании нового общества, однако при этом не утверждает его устава  и не образует органов управления. Что составляет содержание такого решения «о создании нового общества», если на его основании невозможно зарегистрировать новое юридическое лицо?

В какой мере решение органа управления одного юридического лица (общего собрания акционеров реорганизуемого общества) обязательно для группы лиц, собирающихся на особое «собрание вновь создаваемого общества»? Уже появились конфликты на этой почве. В собрании акционеров реорганизуемого общества принимали участие одни акционеры, которые проголосовали за создание нового юридического лица, выделяемого из реорганизуемого общества. После этого они переуступили свои акции новым владельцам, которые в «собрании вновь образуемого общества» голосуют против утверждения его устава и образования органов управления. С одной стороны, решение о создании общества принято, а регистрировать юридическое лицо без устава – невозможно.

Представляется нелогичной с точки зрения теории права и крайне конфликтной в законоприменительной практике конструкция, расчленяющая единое решение о создании юридического лица на разные части. При этом решение по этим «расчлененным» частям принимают различные субъекты, юридически не связанные друг с другом.

Но даже если признать допустимой конструкцию «собрания акционеров несуществующего юридического лица», то как определить процедуры его проведения: кворум, порядок голосования и принятия решений, определение состава участников т.п. Законодатель, упомянув загадочное собрание не существующего юридического лица, не описал конкретных механизмов его проведения, что также стало источником дополнительных корпоративных конфликтов.  По мнению одних специалистов, в этом случае следует руководствоваться процедурами проведения собрания учредителей, по мнению других, процедурами проведения обычного собрания акционеров действующего акционерного общества. Имеются специалисты, которые обоснованно высказывают мнение, что участники «собрания вновь образуемого в процессе реорганизации общества», не являются его учредителями и еще не стали его акционерами, поэтому нормы закона, посвященные собраниям учредителей и акционеров, в данном случае, не применимы. Процедурные вопросы этого особого «собрания вновь создаваемого общества» следует оговаривать в отдельном документе, по аналогии с договором о слиянии и присоединении регламентирующих порядок проведения  совместных собраний акционеров обществ, участвующих в слиянии и присоединении.

На наш взгляд, вполне логичной была конструкция, предусмотренная в ранее действующей редакции соответствующих статей ФЗ «Об АО». Поскольку реорганизуемое общество передает обществам, создаваемым в процессе реорганизации свои активы и обязательства в порядке правопреемства, поэтому оно  в лице своего органа управления - общего собрания акционеров, принявшего решение о реорганизации, принимало полноценное решение о создании своего правопреемника, в том числе утверждало его устав и образовывало органы управления.

Такая практика достаточно эффективно действовала до внесения 07.08 2001 г. изменений и дополнений в ФЗ «Об АО». Собрание акционеров реорганизуемого общества в рамках решения о создании нового общества, утверждало его устав и избирало органы управления. После регистрации вновь созданного общества, у его акционеров есть возможность утвердить новую редакцию устава (внести в нее изменения, дополнения) и изменить состав органов управления.

Эта конструкция сталкивалась с незначительной технической проблемой, связанной с определением размера уставного капитала общества,  создаваемого путем реорганизации другого общества. Поскольку акции, подлежащие выкупу реорганизуемым обществом по требованию его акционеров, не подлежат конвертации, то до окончания 45 дневного срока предъявления требований о выкупе, нельзя однозначно определить размеры уставных капиталов вновь создаваемых обществ. Однако, эта проблема может быть легко решена путем дополнения в ст. 12 ФЗ «Об АО», определяющую порядок внесения изменений и дополнений в устав общества. В п. 2 – 5 этой статьи предусмотрены случаи, когда изменение и дополнение в устав общества вносятся в особом порядке, в том числе, без решения общего собрания акционеров. Их перечень следует пополнить еще одним: изменения и дополнения в устав общества, создаваемого путем выделения или разделения, в части определения  размера его уставного капитала, они вносятся  по решению совета директоров реорганизуемого общества после завершения выкупа обществом акций по требованию его акционеров. 

Очевидно, что законоприменительная практика столкнулась с законодательной небрежностью, ставшей источником новых корпоративных конфликтов. По нашему мнению, следует исключить из закона достаточно экзотическую новацию «собрания вновь создаваемого общества». Однозначно указать, что утверждение устава и избрание органов управления обществ, создаваемых путем выделения и разделения является составной частью единого решения о реорганизации. Пополнить ст. 12 ФЗ «Об АО» еще одним случаем особого порядка внесения изменений и дополнений в устав обществ, создаваемых путем разделения или выделения в части отражения размера их уставных капиталов по завершении процедуры выкупа акций.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Rambler's Top100 TopList